Восьмая часть очерка о путешествии вокруг Аннапурны весной 1998 года. Первая, вторая, третья, четвертая, пятая, шестая, седьмая. Утром на завтрак выходим только мы с Олегом: - Толик не выйдет, у него радикулит разыгрался.. а где Наташа? Иду в её номер. На стук мне отвечают молчанием... Ещё стук... И ещё... - Я не открою дверь! - Почему? - У меня лицо распухло... - И что теперь делать? Есть пойдёшь? - У меня рот не открывается... Через минуту всё же открывается дверь и оттуда показывается луноликая богиня с опухшими губами и узкими щелками для глаз. Теперь молчание у меня... Пытаюсь справиться со своим лицом, но, кажется, получается не очень: - Страшно, да? - Ничуть! Ты горная богиня! Это очевидно… Еды принести? Кивок. Дверь захлопывается. Через пару часов Наташа выплывает в тёмных очках и забинтованная с ног до головы. - Это отёк, - авторитетно заявляет Олег. Несколько дней и всё пройдёт. Вот что с Толиком делать? Наташа ревёт в голос. Мы её успокаиваем. После обеда все втроём идём в храм… Пусть местные боги, дакини и бодхисаттвы снимут заклятье с Толика и Наташи! Анатолий ходить не может, только говорит, что уже неплохо. Стонет.. Храм окутывает спокойствием и умиротворением. Здесь вечная обитель Вишну и Победоносный Будда зажёг огонь из трёх стихий. Здесь яркое солнце льётся сквозь ветви тихим неземным светом на стены святых храмов и пагод, и каждый уголок овеян миром и благодатью. Гулкий звон храмовых колоколов в разреженном воздухе, плеск струй 108 священных источников, бормотание священных мантр из уст дредастых садху, рассевшихся вдоль тропинки, стройный хор браминов, распевающих баджаны, мощные удары ачена, звон силньенов и рёв радонгов в гомпе, где горит вечный огонь просветления... Даже Наташа, наконец, успокаивается: - Зато я ЖИВА! И перевал ещё прошла! Я думала, умру там на месте.. Толпы паломников стекаются в это благословенное место со всего большого индо-буддийского мира.
Вторая часть очерка о путешествии вокруг Аннапурны весной 1998 года. Первая – здесь.
Поскольку обстоятельства вынуждают сидеть взаперти, размышлять, думать о непреходящем, подводить итоги и приводить свои мысли и чувства к неизбежной гармонии, стараюсь довести до ума то, что было начато ранее, а именно: разбирать, редактировать и подчищать недописанное. Первый отрывок из моего ещё пока незаконченного очерка о путешествии вокруг Аннапурны весной 1998 года. Приятного чтения. Буду постепенно выкладывать по мере развития сюжета.
Канчча Шерпа – последний живой участник первой успешной экспедиции на Эверест 1953 года.
Канчча Шерпа живёт в Намче, Непал. Когда ему было 19 лет, он познакомился с Тензином Норгеем, и тот дал ему работу носильщика в экспедиции на Эверест. Канчча получал тогда за свою работу всего восемь рупий в день.
«На эти деньги можно было тогда купить больше, чем сегодня на 8000, – признается он. – Я познакомился с ним в 1952 году. Тензинг жил тогда в Дарджилинге, у него там была компания горных проводников, и мне рассказали, что он давал работу молодым шерпам. Мне потребовалось много дней, чтобы добраться туда. Тензинг был родом из Таме, но знал моего отца и принял меня очень хорошо. Сначала я просто помогал ему, а через год он сделал мне предложение, которое изменило мою жизнь.
Здесь не нужно ждать, подгадывать время, выходить на точку, пристреливаться или даже прицеливаться, чтобы в результате получить шедевр или просто классный кадр. Напротив, чем больше прицеливаешься, тем хуже выходит.
Здесь, где время выдавливается за точку сборки, а пространство искривляется за пределы трёх измерений, нужно поливать камерой во все стороны, не глядя. Ну, не просто «поливать», а с чувством, конечно. И пусть простят меня мои друзья фотографы, но здесь, чем бесцельнее и бестолковее вы с чувством «поливаете», тем круче и непредсказуемее получается результат… Ну, или… почти так!