Девятая часть очерка о путешествии вокруг Аннапурны весной 1998 года. Первая, вторая, третья, четвертая, пятая, шестая, седьмая, восьмая. Тропа летит всё дальше и дальше вниз. Как всё-таки красиво кругом! С этой стороны явно больше жизни, движения и вообще радостнее. Оттого ли, что здесь больше людей или чаще ходят туристы? Или может быть потому лишь только, что здесь легче дышится, вкуснее кормят, а перевал у нас уже за спиной? Или потому что, наконец, установилась теплая ясная погода, и каждый день нам дарит солнце и небо сияет ультрамарином? На повороте тропы сидит очередной садху и ест далбат руками... В позе лотоса, в огромных роговых очках и в дредах на фоне сияющих снегов Нилгири. Я оторопело останавливаюсь. Блин, какой кадр! Поднимаю камеру, но садху не промах и яростно машет руками: - Заплати, потом фоткай! Подаю двадцать рупий. Очки свирепо сверкают в ответ: - Вы смеётесь надо мной? За двадцать рупий я даже пачки сигарет не куплю!! Удивлённое молчание в моих глазах его не смущает: - Триста рупий и обфоткайтесь! Его наглость меня бесит, я сворачиваю камеру и ухожу... Прохожу метров пятьдесят и со злостью фоткаю его зумом с разворота. «Великий святой» продолжает сотрясать кулаками воздух и шлёт проклятья мне во след. Придётся вечером сделать очистительный обряд и прочесть соответствующие мантры и тексты из священных писаний. Мы уже почти в тропиках: рисовые террасы под сенью Гималаев вместо ячменных полей, заросли банановой травы, покрытые дёрном красочные нагромождения камней, грустные на выкате глаза буйволиц из под тростниковых навесов, жарящее и животворящее солнце. Соблазнительные и манящие струи с грохотом несутся со склонов. Как не окунуться в эту зубодробительную стужу? Ждём не дождёмся горячих источников в Татопани. Все в предвкушении. Все хотят снять с себя напряжение и дорожную пыль. Наташа уже сняла свой бинт с лица, а его черты уже почти вернули свой цвет и форму. Татопани встречает
Вторая часть очерка о путешествии вокруг Аннапурны весной 1998 года. Первая – здесь.
Поскольку обстоятельства вынуждают сидеть взаперти, размышлять, думать о непреходящем, подводить итоги и приводить свои мысли и чувства к неизбежной гармонии, стараюсь довести до ума то, что было начато ранее, а именно: разбирать, редактировать и подчищать недописанное. Первый отрывок из моего ещё пока незаконченного очерка о путешествии вокруг Аннапурны весной 1998 года. Приятного чтения. Буду постепенно выкладывать по мере развития сюжета.
Канчча Шерпа – последний живой участник первой успешной экспедиции на Эверест 1953 года.
Канчча Шерпа живёт в Намче, Непал. Когда ему было 19 лет, он познакомился с Тензином Норгеем, и тот дал ему работу носильщика в экспедиции на Эверест. Канчча получал тогда за свою работу всего восемь рупий в день.
«На эти деньги можно было тогда купить больше, чем сегодня на 8000, – признается он. – Я познакомился с ним в 1952 году. Тензинг жил тогда в Дарджилинге, у него там была компания горных проводников, и мне рассказали, что он давал работу молодым шерпам. Мне потребовалось много дней, чтобы добраться туда. Тензинг был родом из Таме, но знал моего отца и принял меня очень хорошо. Сначала я просто помогал ему, а через год он сделал мне предложение, которое изменило мою жизнь.











